Неточные совпадения
А в
сыне ей мерещился идеал барина, хотя выскочки, из черного тела, от отца бюргера, но все-таки
сына русской дворянки, все-таки беленького, прекрасно сложенного мальчика, с такими маленькими руками и ногами, с чистым лицом, с ясным, бойким взглядом, такого, на каких она нагляделась в русском
богатом доме, и тоже за границею, конечно, не у немцев.
Следовало взять
сына портного, он же и пьянюшка был, да родители
богатый подарок дали, так он и присыкнулся к
сыну купчихи Пантелеевой, а Пантелеева тоже подослала к супруге полотна три штуки; так он ко мне.
Но каково было удивление почтительного
сына, когда он совершенно неожиданно из
богатого наследника превратился в бедняка!
— Можно, — ответил Ермолай с обычной своей невозмутимостью. — Вы про здешнюю деревню сказали верно; а только в этом самом месте проживал один крестьянин. Умнеющий!
богатый! Девять лошадей имел. Сам-то он помер, и старший
сын теперь всем орудует. Человек — из глупых глупый, ну, однако, отцовское добро протрясти не успел. Мы у него лошадьми раздобудемся. Прикажите, я его приведу. Братья у него, слышно, ребята шустрые… а все-таки он им голова.
В конце 1811 года, в эпоху нам достопамятную, жил в своем поместье Ненарадове добрый Гаврила Гаврилович Р**. Он славился во всей округе гостеприимством и радушием; соседи поминутно ездили к нему поесть, попить, поиграть по пяти копеек в бостон с его женою, Прасковьей Петровною, а некоторые для того, чтоб поглядеть на дочку их, Марью Гавриловну, стройную, бледную и семнадцатилетнюю девицу. Она считалась
богатой невестою, и многие прочили ее за себя или за
сыновей.
На другой день
богатый купец встречает бедного и рассказывает свое горе, что у него
сын пропал, и спрашивает: «Не видал ли, не слыхал ли?»
— Так… бездельник, — сказала она полулежа на тахте, подняв руки и оправляя пышные волосы. Самгин отметил, что грудь у нее высокая. — Живет восторгами.
Сын очень
богатого отца, который что-то продает за границу. Дядя у него — член Думы. Они оба с Пыльниковым восторгами живут. Пыльников недавно привез из провинции жену, косую на правый глаз, и 25 тысяч приданого. Вы бываете в Думе?
— Да. Он прибыл сюда не столько для просвещения умов, как на свадьбу сестры своей, курсисточки, она вышла замуж за
сына первейшего здешнего
богача Едокова, Ездокова…
— Положим, в
богатом семействе есть
сын и дочь, — продолжала она дрогнувшим голосом. — Оба совершеннолетние…
Сын встречается с такой девушкой, которая нравится ему и не нравится родителям; дочь встречается с таким человеком, который нравится ей и которого ненавидят ее родители. У него является ребенок… Как посмотрят на это отец и мать?
Один из них, по фамилии Беспалов, строит на своем участке большой двухэтажный дом с балконом, похожий на дачу, и все смотрят на постройку с недоумением и не понимают, зачем это; то, что
богатый человек, имеющий взрослых
сыновей, быть может, останется навсегда в Рыковском в то время, как отлично мог бы устроиться где-нибудь на Зее, производит впечатление странного каприза, чудачества.
И когда тот пришел,
богатый богатина повелел своим ученикам, чтоб они во всем слушали его возлюбленного
сына и всякую бы волю его исполняли.
— Работай хорошенько, Гаврилушка, да смотри не балуй, по времени будешь таким же
богачом, как и Марко Данилыч, — промолвил Герасим и спросил Пелагею про третьего
сына.
Вырастил их Алексей Степаныч в страхе Господнем, дочку выдал замуж в Саратов за хлебного торговца,
сына на
богатой сиротке женил.
— Ох, сударыня!.. Велико наше несчастье!.. — со слезами сказала Аграфена Ивановна. — Такое несчастье выпало нам, что горше его на свете, кажется, нет. Двадцать годов теперь уж прошло, как хизнул наш
богатый дом. Хозяина да двух
сынов работников: одному было двадцать, другому девятнадцать лет — женить было обоих сбирались — по царскому указу на поселенье в Сибирь сослали.
Становился Алеша Мокеев перед Аннушкой Мутовкиной. Была та Аннушка девица смиренная, разумная, из себя красавица писаная, одна беда — бедна была, в сиротстве жила. Не живать сизу́ орлу во долинушке, не видать Алеше Мокееву хозяйкой бедную Аннушку. Не пошлет сватовьев спесивый Мокей к убогой вдове Аграфене Мутовкиной, не посватает он за
сына ее дочери бесприданницы, в Аграфенином дворе ворота тесны, а мужик
богатый, что бык рогатый, в тес́ны ворота не влезет.
Шестнадцати лет еще не было Дуне, когда воротилась она из обители, а досужие свахи то́тчас одна за другой стали подъезжать к Марку Данилычу — дом
богатый, невеста одна дочь у отца, — кому не охота Дунюшку в жены себе взять. Сунулись было свахи с купеческими
сыновьями из того городка, где жили Смолокуровы, но всем отказ, как шест, был готов.
Сына городского головы сватали — и тому тот же ответ.
Красавец Григорий из
богатого дома, из тысячного, два
сына у отца, две расшивы на Волге.
Дед мой, гвардии сержант Порфирий Затрапезный, был одним из взысканных фортуною и владел значительными поместьями. Но так как от него родилось много детей —
сын и девять дочерей, то отец мой, Василий Порфирыч, за выделом сестер, вновь спустился на степень дворянина средней руки. Это заставило его подумать о выгодном браке, и, будучи уже сорока лет, он женился на пятнадцатилетней купеческой дочери, Анне Павловне Глуховой, в чаянии получить за нею
богатое приданое.
Пущай у
сына руки золотые, пущай всем знаемо, что другого такого токаря за Волгой нет и не бывало — да ведь пóтом и руками у белорукого
богача в честь не войдешь.
Зашли разговоры о том, о сем, и Гаврила Маркелыч с удовольствием узнал, что гость его в самом деле
сын московского
богача Масляникова.
«Уж спасибо ж тебе, Алексеюшка! — думает сам про себя Трифон Лохматый, любуясь всходами на надельной полосе своей. — Разумом и досужеством сумел ты полюбиться
богатому тысячнику и по скорости поставил на ноги хозяйство наше разоренное… Благослови тебя Господи благостным благословением!.. Дай тебе Господи от
сынов своих вдвое видеть утешения супротив того, сколь ты утешил меня на старости лет!»
Два
сына у него да три ли, четыре ли дочери, две-то замужем за казанскими купцами, за
богатыми.
— Где по здешним местам жениха Настасье сыскать! — спесиво заметил Чапурин. — По моим дочерям женихов здесь нет: токари да кузнецы им не пара. По купечеству хороших людей надо искать… Вот и выискался один молодчик — из Самары, купеческий
сын,
богатый: у отца заводы, пароходы и торговля большая. Снежковы прозываются, не слыхала ли?
Он выступал кандидатом рядом с другим радикальным кандидатом, светским человеком,
сыном герцога Бедфордского, одного из самых
богатых лордов, которому тогда принадлежали в Лондоне целые кварталы.
Женат же был на одной из высшего света, но не так
богатой, Фанариотовой, и имел от нее
сына и дочь.
Грошевые студенческие уроки и небольшие суммы, которые он, буквально, вымогал у своих, перебивающихся с хлеба на квас, родителей, единственным
сыном, единственною надеждою и единственной радостью которых был, едва хватали ему на изящный костюм, необходимый для поддержания знакомства с
богатыми товарищами (он был знаком только с такими) и на другие нужды этого далеко не дешево обходящегося общества.
Мать Агнессы Михайловны — Мария Викентьевна Боровикова была вдова когда-то очень
богатого, но в конец разорившегося помещика, оставившего ей после себя лишь неоплатные долги и четырех детей —
сына Константина и дочерей Агнессу, Зинаиду и Александру.
Бедный отец прощается не так, как
богатый; он говорил
сыну: «Иди, друг мой, ищи себе хлеба; я более для тебя ничего не могу сделать; пролагай свою дорогу и вспоминай нас!» И увидятся ли они, найдет ли он себе хлеб — все покрыто черной, тяжкой завесой…
Денежные обстоятельства Евгения Николаевича в описываемое нами время были из очень тонких. Помощь
богатой тещи ускользнула от него окончательно со смертью его жены, а потому он вспомнил о нескольких десятках тысяч франков, помещенных во французском банке на воспитание
сына, и решил взять их для поправление своих дел, а
сына отдать в один из московских пансионов.
Сын был уже давно женат, дочь тоже была замужем, и у каждого из них, в свою очередь, была семья. Оба были в полном расцвете сил и здоровья и,
богатые, счастливые, наслаждались всеми благами жизни.
Ты
богач, богач-судьяга!
Ты на этом свете живешь скряга
И помрешь, как сукин
сын.
Твою душу черти в ад потошшут,
Зададут ей трепака.
А нам нечего бояться,
Мы процентов не берем…
— Честь и дочь — мои главные сокровища, — сказал Иван Дементьевич, обращаясь к молодому Потемкину. — Ты поступил непорядочно, хотя я убежден, что не умышленно… Ты говорил ей о любви и нарушил ее сердечный покой и за это ты должен быть наказан. Как?.. Чтобы меня и мою дочь обвинили в пособничестве к ловле
богатой невесты для
сына моего друга… Одна эта мысль ужасает меня! Что подумает обо мне ее сиятельство! Она может потребовать от меня отчета… Ты понимаешь это, Гриц, сознаешь ты свою опрометчивость?
Кто ты? — Человек. — Какой человек? Чем отличаешься от других? — Я таких-то родителей
сын, дочь, я старый, я молодой, я
богатый, я бедный.
А между тем разве это могло быть иначе с учением, которое среди людей, веровавших в то, что бог разделил людей на господ и рабов, на верных и неверных, на
богатых и бедных, учило истинному равенству людей, тому, что все люди
сыны бога, что все — братья, что жизнь всех одинаково священна.
—
Сын очень
богатого отца, — продолжал Калинович, — который отдал его в университет, но он там ничего не делает. Сначала увлечен был Каратыгиным, а теперь сдуру изучает Шекспира. Явился, наконец, ко мне, больному, начал тут бесноваться…
Другой протестант был некто m-r Козленев, прехорошенький собой молодой человек, собственный племянник губернатора,
сын его родной сестры: будучи очень
богатою женщиною, она со слезами умоляла брата взять к себе на службу ее повесу, которого держать в Петербурге не было никакой возможности, потому что он того и гляди мог попасть в солдаты или быть сослан на Кавказ.
— Потому, — начал он насмешливым тоном, — что я имел несчастие родиться на свет
сыном очень
богатого человека и к тому еще генерал-лейтенанта, который говорит, что быть актером позорно для русского дворянина.
— Арисштократы, вон! — ретиво подхватил с подоконника
сын очень
богатых еврейских родителей, во что бы то ни стало стремившийся быть «студентом-волком», ибо «волки» составляли антарктический полюс «беложилетников».
По его костюму, которому он тщательно старался придать демократическую небрежность, все-таки ясно можно было видеть, что студент этот —
сын очень
богатых родителей.
— Болваны это говорят, еретики, а ты, старая дура, слушаешь! Христос — не нищий, а
сын божий, он придет, сказано, со славою судить живых и мертвых — и мертвых, помни! От него не спрячешься, матушка, хоть в пепел сожгись… Он тебе с Василием отплатит за гордость вашу, за меня, как я, бывало, помощи просила у вас,
богатых…
Рассказывали, что Корнилий Потапович был крепостной дворовый человек очень
богатых помещиков, носивших фамилию Алфимовских, которую в некотором сокращении получил и он. Побочный
сын предпоследнего в роде, он воспитывался вместе с законным
сыном своего барина, молодым барчуком, к которому, когда тот подрос, был приставлен в камердинеры.
На
сына своего Герасима Сергеевича и его жену знатная и
богатая старуха, уважаемая всей родовитой и чиновной Москвой, имела большое влияние, и так как к тому же она очень любила своего внука Колю, то решение его судьбы по приезде в Москву семейства Савиных было предоставлено на ее одобрение.
Он
богатыйОтецкий
сын, по имени Мизгирь,
Торговый гость из царского посада.
Тайну этого псевдонима знал один я. Андреев был
сын управляющего имением пензенского помещика Соловцова, державшего
богатую псовую охоту. Лучшими собаками были два кобеля: густопсовый Рамзай, бравший волка в одиночку, и хортый англичанин Соколий, от которого ни один заяц не уходил.
Особенною роскошью отличались два приятеля Алексея Григорьевича Разумовского: великий канцлер Бестужев, у которого был погреб «столь великий, что
сын его капитал составил, когда по смерти его был продан графам Орловым», у которого и палатки, ставившиеся на его загородном дворе, на Каменном острове, имели шелковые веревки. А второй — Степан Федорович Апраксин, «всегда имевший великий стол и гардероб, из многих сот разных
богатых кафтанов состоявший».
— Слобода у нас
богатая, люди — сытые, рослые, девушки, парни красивые всё, а родители — не строги; по нашей вере любовь — не грешна, мы ведь не ваши, не церковные! И вот, скажу я тебе, в большой семье Моряновых поженили
сына Карпа, последыш он был, недоросток и щуплый такой…
Она знала Лаптева немного, познакомилась с ним случайно; это был
богатый человек, представитель известной московской фирмы «Федор Лаптев и
сыновья», всегда очень серьезный, по-видимому умный, озабоченный болезнью сестры; казалось ей, что он не обращал на нее никакого внимания, и сама она была к нему совершенно равнодушна, — и вдруг это объяснение на лестнице, это жалкое, восхищенное лицо…
Увы, это только казалось. Через несколько месяцев он как-то снова отдалился от своего
сына, который был отдан всецело на попечение мамки и остальной женской прислуги
богатого помещичьего дома.
Брат жены Ивана Петровича, Петр Александрович Корсаков,
богач, оставил после себя побочных
сына и дочь, обеспечив на будущее время жизнь их надежным и значительным состоянием.
Приезжающие в Петербург
богатые паны очень охотно отдавали своих
сыновей на воспитание Груберу, в заведываемый им иезуитский пансион.